Сайт использует файлы cookies для правильного отображения элементов. Если вы не выражаете согласия на использование файлов cookie, поменяйте настройки браузера.

Ok
Switłana Owczarowa

Кабачий: Поляки должны прийти к пониманию, что охваченные «Вислой» земли — общее культурное достояние двух народов

70 лет назад польская коммунистическая власть начала принудительное переселение украинцев из юго-восточных в северо-западные регионы Польши. О месте операции «Висла» в истории Украины и Польши, а также о роли тех событий в отношениях между двумя странами нам удалось спросить у украинского историка, журналиста и эксперта Института Массовой Информации Романа Кабачия.

Светлана Овчарова (СО): В самом начале хотелось бы уточнить: когда мы говорим о годовщине операции «Висла», то имеем в виду только события 1947 года, или рассматриваем их в контексте депортаций, имевших место в 1944-46 годах и в 1951?

Роман Кабачий (РК): В своей последней колонке председатель Мировой федерации украинских лемковских организаций София Федина подчеркивала, что операция «Висла» — это лишь кульминация, поэтому мы должны использовать название данного события, которое сейчас на слуху, чтобы говорить обо всех трех периодах. Во-первых, потому что украинцы очень часто путают эти исторические события, думая, что выселение украинцев в Украину — это и есть операция «Висла». Во-вторых, многие из тех, кто эти события не путает, утверждает, что это несправедливо, что в дискуссиях говорят лишь об операции «Висла», хотя выселение в УССР было более массовым. Поэтому операция «Висла» — это причина говорить в целом о потере украинского присутствия на землях юго-восточной Польши.

СО: Какие ключевые моменты стоит учитывать, говоря о данных событиях?

РК: Говоря о данной проблематике, я бы отметил три аспекта. Во-первых, я бы разделял события на Волыни в 1943 году и операцию «Висла». События на Волыни происходили во время немецкой оккупации и безгосударственности обоих народов. Операция «Висла» — это целенаправленное искоренение 150 тысяч украинцев, которые остались на польских землях, польским коммунистическим государством. Поляки подчеркивают, что это сделали польские коммунисты, и в таком случае не стоит говорить о государственности, только о квазигосударственности. Но очевидным является факт, что переселения осуществлялись польскими руками.

Во-вторых, стоит подчеркнуть, что украинцы не стремятся заставить поляков признать вину. Для нас важно, чтобы поляки поняли, что эти земли были общей территорией для наших народов. На этих землях более 1000 лет существовали украинские традиции, здесь жили наши князья, эта территория была частью Галицко-Волынского княжества, и т.д.

В-третьих, важно говорить о полном искоринение третьей ветки украинских горцев (наряду с гуцулами и бойками) — лемков. Холмщина стала продолжением Западной Волыни, Надсанье — Восточной Галиции, а Лемковщина — это ценность, которая была просто уничтожена.

СО: Существует мнение, что такая борьба за монокультурность была способом защиты от националистических украинских движений, но так ли это?

РК: Те, кто не хочет видеть в операции «Висла» преступления, говорят об угрозе со стороны Украинской повстанческой армии. Но историки опровергают такой аргумент, ведь УПА не была настолько сильной, как об этом говорили коммунистические власти. Войны в 1947 году шли только в Бещадах. О влиянии повстанцев можно было говорить в 1945 году, когда УПА контролировала территорию в трех повятах ( в Сянокском, Перемышльском, Ярославском), существует даже понятие «повстанческой республики», но в 1947 году ничего такого уже не было.

Для сравнения: в 1947 году состоялся обмен населением между Чехословакией и СССР. Но в Словакии власть не в полной мере принадлежала коммунистам. Прага и советские власти давили, чтобы русинов (южных лемков) вывезли на Волынь, а Словакия просто не позволила этого сделать. Уполномоченный Советского Союза Тищенко, который занимался ранее переселением украинцев в Перемышльском повяте, был в ярости, что Словакия не осуществляет никакого давления и никого не выгоняет. В результате, ты переезжаешь Лемковщину, приезжаешь в Пряшевщину и видишь, как люди могли сохранить себя и свою культуру. Словакия знала, что если она выгонит русинов с гор, то никто не поедет в горы и не будет заниматься горным хозяйством, овцеводством и т.д. Когда Польша депортировала лемков, то на те территории привозили гуралов, которые просто-напросто убегали оттуда. Бещады превратились в заброшенный уголок, куда можно лишь приехать и попеть песен у костра.

СО: Сейчас в Польше живет уже третье поколение тех, чьи семьи пострадали от операции «Висла». Удалось ли им до наших дней сохранить украинские традиции или польская ассимиляция все же была сильнее?

РК: Нет, полной ассимиляции не произошло. Если прийти в воскресенье в церковь, то можно увидеть этих людей. Они приходят, чтобы поговорить «по-свойому». Третье поколении в языковом плане очень полонизировано. Между собой они преимущественно говорят по-польски, но большинство знает украинский и в семьях говорят по-украински. Конечно, для современных жителей Украины их украинский может звучать странно, потому что, во-первых, это язык западного пограничья, во-вторых, они 70 лет жили в польскоязычной среде, поэтому для некоторых понятий, которые были им неизвестны ранее, пришлось придумывать новые собственные названия. Например, холодильник для них — «льодівка». Они смеялись, что, приезжая из горной местности, они никогда не видели моря и придумали слово «вибрери» на подобие польского слова «wybrzerze» вместо украинского слова «побережжя» (рус. побережье — ред.). Таким образом, люди придумывали для себя новый язык, чтобы не раствориться в польском обществе. Скорее они растворятся сейчас в миллионе украинцев, которые приехали работать и учиться в Польшу.

СО: По вашему мнению, стоит ли развивать так называемый ностальгический туризм?

РК: Я лично его пропагандирую. Например, когда я работал в журнале «Український тиждень», то Польский Институт в рамках рекламной кампании Польши ежемесячно заказывал материал о Польше. Например, я писал статью о Лемковщине. Если откроются границы, то можно будет даже на велосипеде поехать туда и увидеть все собственными глазами. Например, потомки бойков, депортированных в Херсонскую область в 1951 году, когда еще не было виз, организовали велотур. Они доехали на поезде до Львова, а оттуда на велосипедах поехали в польские горы на свою родину.
Очень важно приехать и своими глазами увидеть ту церковь, в которой молилось не одно поколение. Когда ты видишь кладбища, где были похоронены поколения предков, то твой взгляд и понимание данной темы изменяется. Хотелось бы, чтобы границу пересекали не только ради того, чтобы купить продуктов в ближайшем польском супермаркете.

СО: Как бы вы оценили роль операции «Висла» и современной дискуссии, связанной с ней, в польско-украинских отношениях?

РК: Польша пытается преподнести те события как преступление коммунистов, а Украина не может отрицать, что это преступление в определенной степени поляков, потому что оно осуществлялось польскими руками на польской территории.

Если говорить про какие-либо официальные заявления, то над ними стоило бы поработать вместе обоим парламентам. Ведь в Польше операцию «Висла» осудил лишь Сенат в 1990 году, но не сохранилось даже списка тех, кто голосовал за это решение.

Если вы спрашиваете мое мнение, то я считаю, что должно быть официальное совместное заявление двух стран. В этом заявление должны быть осуждены все три периода, которые привели к очистке пограничья как с одной стороны, так и с другой.

Я не считаю, что официальные заявления, которые осуждают операцию «Висла», каким-либо образом обижают польский народ. Мы вправе говорить об этом, потому что ни на одной другой приграничной территории Украины не было такой ситуации. Конечно, происходит ассимиляция и украинцы, проживающие на Кубани, называют себя русскими казаками, а украинцы Брестской области называют себя белорусами, но только в Польше Украина была отрезана от своей исторической этничности.

СО: С польской стороной разобрались, а как, на ваш взгляд, должна вести себя Украина?

РК: К сожалению, со стороны украинской власти я не вижу никакой борьбы за свою позицию. Если польские власти не выделили денег на мероприятия в честь годовщины операции «Висла», то это должна была сделать Украина. Польша занимается своими меньшинствами в мире, а тут мы видим активную украинскую общину в Польше, но Украина ничего не сделала, чтобы их поддержать. Хотя у нас есть программа сотрудничества с диаспорой и многие политики зарабатывают на этом себе дивиденды. Хорошо, пожалуйста, но тогда включитесь в работу и помогите, пусть не из государственной казны, но хоть объявите о сборе средств в поддержку диаспоры. Ведь если копнуть глубже, то многие богатые украинцы — потомки депортированных из Польши украинцев. Если бы сказали, что украинцы в Польше ищут средства, чтобы достойно почтить память тех, кто пострадал во время депортаций и переселений, то деньги бы нашлись. Вот только в Украине этим никто не занялся.

СО: Если говорить более конкретно, то насколько украинцев в Украине интересует тема переселений и депортаций середины ХХ века?

РК: Я бы сказал, что интерес все еще невелик, но сейчас в Украине начали больше об этом говорить. Конечно, этому поспособствовала круглая дата и акты вандализма памятников в Польше. Свою роль сыграли и социальные сети, хотя именно в интернете люди часто путают выселения 1944-1946 года и переселения в рамках операции «Висла» в 1947. Хорошо, что хоть журналисты разобрались и перестали допускать такие ошибки. Стоит отметить, что это значительные позитивные изменения, ведь еще 10-15 лет назад большинство людей ошибались даже в датах проведения операции.

Кроме того, сейчас лемковская тема становится популярной в Украине. Появляется интерес к лемковским песням, поэтому я считаю, что Украина должна заниматься этой темой как своей, потому что иначе она отдает ее «русинскому проекту». Если Украина будет декларировать, что Лемковщина — это наша традиция, то это позволит оппонировать в споре с теми, кто кричит, что лемки никогда не были частью Украины.

Facebook Comments
Главное фото - историк, журналист Роман Кабачий, источник - facebook.com/roman.kabachiy
Switłana Owczarowa
Switłana Owczarowa
Главный редактор русской версии Eastbook.eu
Читай все статьи