Сайт использует файлы cookies для правильного отображения элементов. Если вы не выражаете согласия на использование файлов cookie, поменяйте настройки браузера.

Ok
Paweł Lickiewicz

Важность регионального уровня в ЕС. Интервью с Генеральным Секретарем Герхардом Шталем

Поскольку время саммита Восточного Партнерства в Вильнюсе, Литва, приближается, все чаще встает вопрос: предлагает ли ЕС какие-либо реальные выгоды гражданам стран Восточного Партнерства на локальном и региональном уровне. Этот и другие вопросы — будущее евроинтеграции восточных соседей ЕС — мы затронули в интервью Eastbook с Герхардом Шталем, Генеральным Секретарем Комитета Регионов ЕС. Приятного чтения!

Committee of the Region Building, author: Open Days - European Week of Cities and Regions, source: Flickr

Комитет регионального строительства, автор: Open Days — European Week of Cities and Regions, источник: Flickr

Павел Лицкевич: Можно ли говорить о кризисе концепции Европейского Союза?

Герхард Шталь: Нет, не думаю, сама по себе концепция по-прежнему очень современна. Она позволяет решать проблемы, с которыми сталкиваются современные общества, — те, которые не могут быть преодолены только на национальном уровне и требуют совместных усилий.

Общества изменяются в быстром темпе, появляются новые технологии, и люди становятся мобильнее. Следовательно, нужны новые политические решения, которые будут определять будущее в соответствии с нашими потребностями. Наша политическая система и наши общества должны поспевать за переменами, и Европейский Союз является замечательным инструментом для этого. ЕС уже принудил — так сказать — свои государства-члены адаптироваться к новым условиям. Поскольку убедил «старые» страны ЕС — разрозненные конфликтами недавнего прошлого и болезненными историческими моментами — что они должны найти общий язык для сотрудничества.

ПЛ: Это были послевоенные проблемы прошлого. И в самом деле ЕС удалось это сделать. А как обстоят дела с современными вызовами?

ГШ: Сегодня вызов заключается в глобализации и в ситуации, когда развитие отдаленных частей света все чаще оказывает непосредственное влияние на европейские страны. Мы должны научиться конкурировать с нашими партнерами за пределами Европы и создать общую внутреннюю политику в таких сферах, как, например, изменение климата, ибо мы не можем разрешить этот вопрос надлежащим образом без сотрудничества всей Европы с Китаем и Соединенными Штатами.

Кроме того, для того, чтобы создать рабочие места для наших граждан, мы должны оставаться конкурентоспособными — и Европейский Союз, где проживает 7 % мирового населения и который производит 20 % мировых товаров и услуг — располагает крупнейшим внутренним рынком в мире. Европа остается доминирующей силой.

Также ЕС способствует модернизации — см. пример Испании, Португалии или Греции, которые до их вступления в ЕС не были модернизированными обществами. Изменения, произошедшие в них, огромны.

ПЛ: Да, в 1990-х годах идея европейской интеграции представлялась очень привлекательной для таких стран, как Польша. Однако, сегодня я вижу, что произошли изменения в отношении к ЕС, особенно в восточном регионе. Представляет ли евроинтеграция все еще некую истинную ценность?

ГШ: Я считаю, что эта идея по-прежнему жива. Тем не менее, мы должны модернизировать и нашу экономику, и политическую систему — две важных сферы — держа в уме, что в некоторых случаях инструменты, которые государства используют на национальном уровне, являются недостаточными при большем масштабе. Мы должны адаптироваться к международной среде — Европа меняется со скоростью, неуловимой для многих граждан. Мы создали новые институты, обеспечивающие стабильность в ЕС, также мы в состоянии оказывать поддержку странам-соседям.

ПЛ: Однако кризис подорвал позиции ЕС в соседствующих странах и ослабил волну интеграции.

ГШ: ЕС, несмотря на внутренние трудности, такие как слишком высокий уровень безработицы — особенно в его южной части, остается оплотом стабильности дальше на юг, в таких странах, как Марокко или Тунис. Похожая ситуация наблюдается и на Востоке. Мы также имеем дело с «асимметричным шоком», возникшим в результате кризиса, — это означает, что различные части региона пострадали в разных сферах и в различной степени. Например, Ирландия столкнулась с кризисом в банковском секторе, в других же регионах эта сфера пострадала меньше. Сейчас мы создаем инструменты для того, чтобы помочь тем, кто больше всего пострадал в результате кризиса. Но на это нужно время, также это требует дискуссий, которые могут быть болезненными: кто выигрывает во всей этой ситуации и что должно быть сделано во имя солидарности. ЕС показал, что он по-прежнему в состоянии предоставить необходимые инструменты и обеспечить стабильность — как внутри, так и за пределами региона.
Пожалуйста, не забывайте, что переговоры по финансовым перспективам — бюджет ЕС и его финансирование на следующие 7 лет — завершились успешно. И это обеспечивает более полную стабильность, нежели отдельные национальные бюджеты, которые не в состоянии удовлетворить все потребности. Семилетний бюджет — это четкие финансовые обещания, также и для стран-соседей. Более 60 млрд евро, направленные на развитие, пойдут на восток и юг.

ПЛ: Возможно, эти два аспекта, которые вы упомянули, говоря о всей концепции ЕС, — политический и экономический — должны быть разделены при работе с нашими соседями? ЕС завершил переговоры по DCFTA (глубокая и всеобъемлющая торговая зона) с Молдовой, Грузией и Украиной, но политические вопросы остаются нерешенными. Возможно, мы должны сосредоточиться больше на экономических связях?

ПЛ: Оглядываясь на опыт ЕС до настоящего момента, устойчивое и стабильное экономическое сотрудничество должно быть основано на политике, так как мы не можем отделить политические вопросы. Экономика и общество не могут быть разделены. Правила игры должны соблюдаться всеми сторонами. Если вы хотите делать бизнес выгодным для всех сторон, необходимо иметь стабильную правовую систему. А это не может быть достигнуто без стабильной судебной системы. Все это требует демократического основания. В определенной степени, экономика без стабильных политических условий не может быть успешной в долгосрочной перспективе.

ПЛ: Тем не менее условия DCFTA одинаковы для всех стран Восточного партнерства. Разве это правильный подход?

ГШ: ЕС не является колонизатором — мы не знаем, что лучше для каждого из наших партнеров, но мы пытаемся установить принципы, которые могут гарантировать успешное развитие. Лучший способ их применения для стран Восточного партнерства — это решить, как именно они должны быть использованы. Тем не менее, мы уверены, что если вы хотите получить успешную экономическую систему, вам нужны эти принципы. Например, вы не можете достичь успеха в долгосрочной перспективе при высоком уровне коррупции, поскольку это подрывает доверие и безопасность государства, где вы ведете ваш бизнес.

ПЛ: Как именно должен ЕС выстраивать свои отношения с соседями? Еще в 1990-х годах в Польше были проблемы, подобные тем, что переживает Украина в настоящее время. Мы преуспели в принятии ценностей ЕС, но у нас была перспектива членства в ЕС. Разве не нужно мотивировать государства пройти через изменения?

ГШ: Что на самом деле нужно, так это продемонстрировать преимущества. Мы должны не обсуждать теоретические понятия, а показать реальные преимущества, которые граждане получат, если поддержат изменения, — то, что им будет выгодно. Есть два важных аспекта: прозрачная демократическая система и уверенность граждан в том, что она предоставляет им услуги, в которых они нуждаются. Вы совершенно правы в том, что чтобы граждане поддержали реформы, должно быть предложение экономического развития и прогресса. Этот прогресс может быть достигнут также путем присоединения к крупнейшему в мире рынку. Пример Швейцарии показывает, что необязательно быть членом ЕС, достаточно гарантированного доступа к рынку. С другой стороны, чтобы получить его, вы должны принять некоторые правила. Швейцария также местами адаптировала свою правовую систему в соответствии с правилами ЕС, хотя она и не имеет права голоса во внутренних дебатах ЕС. Подобное предложение может быть сделано и другим соседним странам: присоединяйтесь к современному открытому рынку. У нас также есть инструменты поддержки. Мы устанавливаем определенные принципы и помогаем вам в их реализации — в этих условиях мы предлагаем наше полное содействие.

ПЛ: Большинства читателей Eastbook.eu, наверное, имеют представление об основных институтах ЕС, таких как Европейский парламент. Но в чем заключается роль Комитета регионов, которым Вы руководите?

ГШ: Комитет регионов — это еще довольно молодое учреждение ЕС — в следующем году мы отпразднуем свое 20-летие. Комитет гарантирует непосредственное участие в европейском законодательном процессе на региональном и местном уровнях. Мы не законодательный орган, но, в соответствии с Договором, в наши обязанности входит давать консультации по экономически и социально важным проблемам, затрагивающим наших граждан на местном уровне — транспорт, энергетика и т.д.
Местный уровень имеет значение в европейском процессе. Это настоящая демократия — быть частью процесса, который создает реальность, влияющую на нашу жизнь. Это не гарантирует того, что все пожелания выполняются, это дает право на участие. Несколько раз Комитет оказывал значительное влияние на политику ЕС. Во время долгих переговоров и всего процесса принятия решения, мы были партнерами, вносили наши собственные предложения, участвовали в обсуждениях и министерских встречах. У нас был шанс представить наши мнения и предложения перед парламентом и другими институтами ЕС.

ПЛ: Приближается саммит Восточного партнерства в Вильнюсе, что бы Вы посоветовали странам Восточного партнерства?

ГШ: Прежде всего, воспользоваться этой возможностью для достижения дальнейшего прогресса в сотрудничестве со странами Балтии, ведь одна из них — Литва, хозяйка саммита, — в настоящее время председательствует в ЕС. Это могло бы способствовать лучшему пониманию проблем региона.

Но что я также хотел бы подчеркнуть: на развитие нужно время, и успешность переговоров — по DCFTA, соглашениям ассоциации и всеобъемлющим стратегиям сотрудничества — не должна создавать впечатление, что изменения могут быть проделаны в один день. Весь процесс зависит от конкретных условий в каждой стране. ЕС предлагает стабильность, уверенность и инструменты, которые помогут в планировании контролируемого прогресса и реформ, позволяющим частным инвестициям из ЕС выйти на рынок и поддерживать региональные связи между соседями.

Саммит гарантирует поддержку и фонды ЕС для обеспечения стабильности и открытия рынка, а также для создания стабильных условий для бизнеса. Это шанс для стран с иногда давними промышленными традициями, и которые привлекательны для инвесторов с точки зрения, например, низких затрат на рабочую силу .

Экономика здорова только при условии стабильной политической обстановки. И Европейский Союз может оказать в этом содействие.

ПЛ: Спасибо за интервью.

Интервью было взято во время Варшавской Евро-Атлантической Академии (weasa.org)

Перевод МА

Facebook Comments
Paweł Lickiewicz

Redaktor Naczelny portalu Eastbook.eu 2012-2014. Absolwent Instytutu Europeistyki na Wydziale Dziennikarstwa i Nauk Politycznych w Warszawie. Stypendysta programu LLP Erasmus na malowniczo brzmiącym Eötvös Loránd Tudományegyetem w Budapeszcie. Gdy się zorientował, że będzie kolejnym humanisto-politologiem, skręcił na Wschód i zaczął specjalizować się w tematyce Europy Wschodniej, Kaukazu i Azji Centralnej. Uwielbia podróże i koszykówkę. Nie przepada za operowaniem absolutami.

Читай все статьи