Сайт использует файлы cookies для правильного отображения элементов. Если вы не выражаете согласия на использование файлов cookie, поменяйте настройки браузера.

Ok
Arthur Molt

Польша, Германия: прагматизм победит паникерство?

Могут ли различные позиции в отношении России в украинском кризисе разорвать связи между Польшей и Германией? Как польская точка зрения во внешней политике на Востоке оценивается в Германии? А пока слухи распространяются, ответ может дать более пристальный взгляд на освещение недавних событий в средствах массовой информации и их практическое исследование.

Good mood in Polish-German not troubled by differnet positions towards Russia? Merkel and Tusk on occasion of the Chancellors state visit in Warsaw on the 12th of March 2014. Author: M. Śmiarowski/KPRM, Source: Flickr

Хорошие отношения между Польшей и Германией не испорчены различными позициями касательно России? Меркель и Туск на встрече по случаю официального визита канцлера в Варшаву 12 марта 2014 года. Автор: M. Щмяровский/KPRM, Источник: Flickr

Государственные визиты – это сцена для красивых и дружественных фотографий, и консультации Меркель и Туска довольно часто преследуют именно эту цель. Но когда на совместной пресс-конференции 12 марта премьер-министра попросили прокомментировать утверждения Путина о том, что протестующие на Майдане прошли подготовку в Литве и Польше, он утверждал, что видит в этом попытку изолировать Польшу от «западного сообщества государств». Заявления, подобные этому, звучат как предупреждение и напоминают глубоко укорененные страхи любого соглашения с Россией касательно Польши, напоминая прошлые последствия того, как немецко-советские отношения развивались после Рапалльского договора, подписанного в солнечное Пасхальное воскресенье 16 апреля 1922 года.

Так ли давно это было, как кажется? В прошлую среду Бартош Т. Велиньский, бывший берлинский корреспондент GAZETA WYBORCZA, продемонстрировал отличное чувство времени, предупреждая о растущем числе пророссийских голосов в немецкой блогосфере, где циркулирует открытое письмо президенту Путину, которое просит «прощать антироссийские настроения среди немецких политиков и в прессе». Адам Кжеминский, публицист, имеющий репутацию по обе стороны Одера, в последнее время пытался объяснить феномен пророссийских тенденций в Германии польской аудитории путем перевода термина, который часто применяется в немецкой прессе за критику снисходительного поведения в отношении России: “Russlandversteher“ (понимающий Россию) или в его переводе: «Ферштееры, или немцы-русолюбы» (POLITYKA, 01.04.14) Понятие «Russlandversteher» — ни явно уничижительное, ни превозносящее — довольно точно описывает амбивалентный немецкий взгляд на Россию: в нем нет ни черного, ни белого.

Россия – не проблема, но часть решения: возрождение социал-демократической «восточной политики» в большой коалиции

Хотя немецкие стратегии внешней политики касательно Центральной и Восточной Европы претерпели изменения после недавних событий в регионе и на национальном уровне, основные традиции по-прежнему формируют повестку дня в отношении восточных соседей. Приоритет западной интеграции в ЕС и НАТО и традиционно сильные связи с США и Францией в течение десятилетий были ориентиром консервативных христианских демократов (CDU). Под руководством Вилли Брандта эту исключительно западную ориентацию потеснила программа социал-демократов (SPD), так называемая «Neue Ostpolitik» (Новая восточная политика), которая покончила с преобладающим долгое время правилом дипломатического непризнания в отношении Советского Союза и стран Варшавского договора (реализованная в доктрине «Hallstein» 1955-1969 годов) и привела к ряду двусторонних соглашений («Ostverträge») с 1970 по 1973 год. Этот курс широко известен, как внесший решающий вклад в процесс примирения в Восточной Европе, и в определенной степени считается, что он положил конец изоляции блока Холодной войны в Европе. «Восточная политика» эпохи Брандта (1-й период законодательной деятельности в 1969-1972 года партнер по коалиции: либералы (FDP) , 2-й период законодательной деятельности в 1972-1974 года, с FDP) в настоящее время воспринимается в качестве ориентира в немецкой внешней политике, и с тех пор является точкой отсчета для социал-демократов (больше: CSM Builetyn Niemiecki 7/2010). В 2013 году SPD празднует свой сто пятидесятилетний юбилей и сто лет со дня рождения Вилли Брандта, но, несмотря на эту моральную поддержку отцов-основателей, оказывается не в состоянии завоевать большинство и становится младшим партнером в большой коалиции с CDU. Тем не менее, Министерство иностранных дел вновь возглавляется представителем от SPD Франком-Вальтером Штайнмайером.

Не удивительно, что концепция внешней политики Штайнмайера по отношению к России называется «изменение через взаимозависимость» , таким образом, очевидно, напоминая о названии программы «изменения через сближение», авторства Эгона Бара, ближайшего советника Вилли Брандта, которого часто называют «архитектором новой восточной политики» (См. Nünlist 2014). Выборы в 2013 году привели также к изменению во втором ряду немецких дипломатов. Вместо уполномоченного Федерального правительства по вопросам сотрудничества с Россией Андреаса Шокенхоффа (CDU) был назначен Гернот Эрлер (SPD), который известен не только своим опытом работы на постсоветском пространстве, но и готовностью участвовать в диалоге с Россией. Уже второй раз он назначается на такую должность после того, как были расширены компетенции уполномоченного Федерального правительства по вопросам сотрудничества с Россией – по собственной инициативе Эрлера — под руководством Йошки Фишера (Партия зеленых) в 2003 году, и в настоящее время охватывает 12 стран, включая Россию и страны Восточного соседства. В то время, как Шокенхофф откровенно критиковал курс Кремля, что позже сделало его «персоной нон грата» в Москве по мнению некоторых наблюдателей, кажется, Эрлер тоже не многого достиг своей жесткой критикой и публично потребовал «прекратить нападки на Россию» в немецкой прессе. Что касается кризиса в Украине, Эрлер сначала заявил, что он видит мало шансов в применении санкций в отношении России и просит «международное сообщество искать дипломатическое решение до последней минуты». Но после присоединения Крыма он признал, с большой озабоченностью, что «Россия изолирует себя» и дал понять, что правительство Германии должно реагировать на нарушения международного права. Это очень соответствует амбивалентной позиции Франка-Вальтера Штайнмайера, который сам с осторожностью воспринимает использование санкций и призывает найти дипломатическое решение, которое повлияет на российскую сторону, как было отражено в его предложении о создании международной контактной группы, но не может согласиться с открытыми провокациями России.

Насколько Германия присоединиться к международному сообществу в санкциях против России, скорее вопрос, который определится в краткосрочной перспективе, и покажет, что дальнейшие примеры капризных попыток России подорвать международные соглашения не останутся без ответа. В долгосрочной перспективе правительство Германии скорее активизирует отношения с Россией согласно их идеи «партнерства для модернизации».

В свете своей исторической традиции, концепция немецкой внешней политики об изменениях через сближение и экономическую взаимозависимость, а не с помощью санкций и изоляции, все же остается многообещающей идеей.

Истерия или разумные соображения безопасности? Польская внешняя политика, представленная в немецких СМИ

Чтобы получить представление о том, как формируется восприятие роли внешней политики Польши в Восточной Европе, рассмотрим внимательно освещение в СМИ, которое создает первое впечатление. Из огромного количества статей, касающихся кризиса в Украине и аннексии Крыма, выбраны те, которые имеют четкую направленность либо на роль польской дипломатии в свете последних событий, сотрудничество между немецкими и польскими государственными чиновниками или влияние кризиса в Украине на польское общество. Рассмотренные статьи опубликованы в феврале и марте 2014 года, наиболее насыщенный событиями период перед подписанием Украиной соглашения об Ассоциации с ЕС. По общим оценкам все статьи можно разделить на следующие группы.

Объединились против общего врага? Влияние объединения в вопросах безопасности на правительство и оппозицию в Польше

В обзоре компании государственного вещания DEUTSCHLANDFUNK утверждается, что угроза новых российских военных провокаций делает правительство и оппозицию в Польше ближе и заставляет говорить в один голос. Автор приводит точку зрения члена партии Право и справедливость (PiS) Мариуша Камински, который потребовал строгих санкций и исключения России из G8, что в его интерпретации совпадает с позицией Дональда Туска и Гражданской платформы (PO), доказывая единство политических партий, которое «редко можно увидеть» в Польше.

Ульрих Кроекель в статье для DIE ZEIT приходит к аналогичному выводу. Он комментирует, что и премьер-министр Туск, и лидер оппозиции Качиньский принимали участие в Совете национальной безопасности в воскресенье 2 марта 2014 года, учитывая тот факт, что они не встречались лично со времени катастрофы под Смоленском.

Туск и Меркель соглашаются по всем вопросам? Линии разрыва за фасадом государственных визитов

В то время как единство правительства и оппозиции удивляет, возникает вопрос, так ли гармоничны отношения немецких и польских государственных чиновников, как они были раньше. Наиболее ярко это отражено в освещении обоих визитов канцлера Меркель и министра обороны Урсулы фон дер Лейен в марте 2014 года. Первый немецкий общественный телеканал ARD представлял государственный визит канцлера Меркель в Варшаву 12 марта в формате новостей TAGESTHEMEN и ставил под сомнения демонстративное единство Туска и Меркель по дальнейшему ходу действий в сравнении с текущими действиями российских вооруженных сил в Крыму. Видео противопоставляет показное единодушие двух глав правительств в совместной пресс-конференции с отрывками речи премьера Туска на военной базе, где он сильно критиковал слабость немецкой позиции в отношении России, указывая на зависимость от импорта нефти и газа из России. Ежедневная газета DIE WELT создала аналогичную картину по случаю консультаций между министром обороны Урсулой фон дер Лейен и ее коллегой Томашем Щемоняком: в статье отмечается, что сначала Щемоняк четко одобрил подход «только диалог может решить кризис в Украине», тогда как позже он упоминал новые планы по модернизации польских вооруженных сил в фоновом общении с немецкой прессой.

Польша является все более важным партнером на европейском уровне

Согласно анализу корреспондента DER SPIEGEL по вопросам ЕС в Брюсселе Грегора Петера Шмитца, кризис в Крыму — это, скорее, шанс для Европейского союза, чем лакмусовая бумажка. По случаю саммита ЕС, посвященного кризису в Крыму, он утверждает, что проблема кризиса в Украине помогает, наконец, сформировать общую внешнюю политику и политику безопасности. В этом контексте он хвалит польскую инициативу Радослава Сикорского, который в настоящее время показывает себя, как «наиболее активный дипломат Европы». Робин Александр пишет в своем комментарии для DIE WELT, что немецкая внешняя политика не смогла найти «ответ на провокации России» и критикует слабое понимание опасений «наших соседей на востоке». Он утверждает, что в то время как США уже наращивает свое военное присутствие в Польше, Урсула фон дер Лейен «не может выдать хотя бы словесную поддержку». Тем же тоном, полным энтузиазма, он объявляет, что «наши самые важные партнеры находятся в Восточной Европе», что по его авторитетному заявлению означает Центральную и Восточную Европу, и проводит четкую грань между новыми членами НАТО и Россией.

Признание исторического масштаба польской политики безопасности

Большинство из приведенных СМИ ищет понимание исторических движущих сил, которые все еще влияют на эмоции и оценки по вопросам безопасности в Польше.

Под заголовком «подпитывая старые страхи» Габриэль Лессер для DIE TAGESZEITUNG (TAZ) пытается объяснить, почему, с польской точки зрения, «сочувствующие России» на Западе воспринимаются как «полезные идиоты», повторяющие «пропаганду Кремля». Кроме того, она напоминает наследие сложной польско-советской истории, которая, по ее мнению, оказывает влияние на требования Польши жестких санкций по отношению к России. DIE ZEIT цитирует Туска на открытой пресс-конференции с канцлером Меркель: «Здесь, в Варшаве, никому не нужно напоминать, о том, что находится на кону сегодня», напоминая разрушение Варшавы во Второй мировой войне.

Николас Буссе для FRANKFURTER ALLGEMEINE ZEITUNG комментирует, что во второй раз Польша созывает заседание совета НАТО на основании статьи 4 договора НАТО — вступающей в силу, когда государство-член видит серьезную угрозу для своей безопасности, территориальной целостности или независимости. Он обращает внимание на требования безопасности членов НАТО из Центральной Европы, которые, по его мнению, показали «небольшие сомнения» касательно того, может ли правда Запад «действовать единодушно» или «некоторые — как немцы — не предпочтут сделку с Москвой».

"Solidarity in Blue and Yellow" - enthusiasm of Pro-Ukrainian movements in Poland as presented in a leading German language daily.

«Желто-голубая солидарность» — энтузиазм про-украинских движений в Польше, показанный ведущими немецкоговорящими новостоями.

Тем не менее, имеются статьи, описывающие обеспокоенность польских государственных чиновников в связи с недавними событиями в Украине как преувеличенные. Обзор TAGESTHEMEN (ARD), упомянутый ранее, может служить тому примером. От описаний личных ощущений угрозы у случайно опрошенных «людей на улицах» — с такими утверждениями, как «Путин хочет восстановить Советский Союз» — до заявления советника Польского института иностранных дел, который выдает предупреждение о дальнейших неожиданных шагах российского правительства, статья представляет польское общество как полностью подверженное эмоциям, если не иррациональное, касательно событий в Украине. Тем не менее, в конце концов, есть только несколько примеров в немецкой прессе, которые представляют позицию Польши и других стран Центральной и Восточной Европы, как истеричную и угрожающую поиску мирного решения в переговорах с Россией. Редактор онлайн-платформы еженедельника DER FREITAG Лутц Херден рассуждает, что принесут последствия исключения России из саммита G8 и обвиняет страны, вступившие в ЕС в 2004 году, в том, что они создали «сценарий угрозы», который ставит под угрозу систему безопасности.

В ежедневной газете NEUES DEUTSCHLAND Джулиан Бартош критикует соперничество между правящей партией и оппозицией, как важнейшую проблему и заявляет: «Гражданская платформа и Право и справедливость соревнуются в паникерстве перед выборами ЕС». Либеральная газета раньше обращала внимание на популярное движение солидарности с независимой Украиной, которое можно было наблюдать в Польше.

Объединение людей: акты солидарности за независимую Украину в Польше

Газета SUEDDDEUTSCHE ZEITUNG рассматривает движения солидарности, которые появились в Польше в результате акции протеста на Майдане. Упоминая польских добровольцев и медицинскую поддержку, она создает картину локальных и спонтанных актов поддержки своих восточных соседей. Газета уже опубликовала статью о «желто-голубой солидарности», которая включала краткий обзор неспокойных польско-украинских отношений в начале 20 века.

В заключение: нет или-или. Уравновешивающие связи с Польшей и Россией

Привилегированное положение России и относительно стабильные отношения между странами с обеих сторон показывают несомненное различие немецкой внешней политики по сравнению с позицией Польши касательно кризиса в Украине. С точки зрения польской политики безопасности, партнерство между Германией и Россией часто воспринимается с подозрением. И это уже привело ранее к ухудшению тона, как это можно было видеть на примере трубопровода «Северный поток», ранее называемого тогда еще министром обороны Радославом Сикорским новым «Пактом Молотова – Риббентропа». Теперь, когда бывший канцлер Герхард Шредер (SPD) и инициатор газопровода «Северной поток» открыто обвинил ЕС за способствование эскалации в Украине, старые обиды по поводу «русофилов» среди немецких левых, вероятно, возвращаются. Однако опасения, что Министерство иностранных дел под руководством SPD снова, скорее всего, «разыграет» Польшу по цене российского газа не слишком основываются на фактах.

Политические цели большой коалиции четко указывают на Польшу, как на приоритетную страну в коалиционном соглашении. Что касается европейского уровня, в документе указано «исключительное качество французско-немецких отношений», а на втором месте выражается необходимость «углубления партнерства с Польшей». Трехнациональная структура сотрудничества Веймарского треугольника — на основании соглашения между французским, немецким и польским министрами иностранных дел в 1991 году — аналогичным образом упоминается и указывается, как «активизированное».

Тем не менее, с учетом продолжающейся европейской интеграции и расширения НАТО, необходимость поддержания Веймарского треугольника в качестве платформы для регионального сотрудничества давно подвергается критике. Однако, совместная дипломатическая миссия Польши, Германии и Франции в Киеве может иметь влияние на обсуждения.

Руководящие принципы политики Большой коалиции следуют парадигме, что растущая экономическая взаимозависимость и обмен в обществе оказывают стабилизирующее влияние на двусторонние отношения и снижают риск конфронтации. Если этот подход по отношению к России рассматривается как причина недоверия, нужно помнить основные идеи исторической «восточной политики», которая была, прежде всего, направлена на страны Центральной и Восточной Европы. Спустя десять лет после вступления Польши в ЕС, экономическая взаимозависимость и обмен в обществе возросли до значительной степени. В общей сложности с 78,1 против 76,5 млрд. Евро Польша занимает десятое место и на одну позицию впереди России в объеме продаж среди иностранных торговых партнеров Германии в 2013 году.

Как показано выше, недавние сообщения в СМИ действительно дают мало доказательств того, что немецкая общественность безразлична к польской обеспокоенности проблемами безопасности в отношении кризиса в Украине. Большинство статей признают историческую масштабность польской политики безопасности. Критика правительства Германии скорее даже принимает сторону стран Центральной Европы, чем России. «Русофилия» в смысле общего соглашения с политическим курсом российского правительства вряд ли широко распространенное явление. Напротив, как показывает сравнительное исследование по восприятию Польши и России среди немецких граждан, растущее признание и довольно позитивный имидж Польши находятся в резком контрасте с негативными оценками России, которую только 9 % немецких респондентов воспринимают как страну с «демократией, похожей на западные страны» (ISP 2013). Тем не менее, наличие тесных связей с Россией для многих немцев не исключает крепкого партнерства с Польшей. Согласно последним исследованиям польско-немецких отношений, выданных Институтом общественно-политических коммуникаций (2013 г.), большинство, составившее 52% респондентов из Германии, видит, что Польша и Германия имеют общий интерес в отношениях с Россией (25% видят скорее расходящиеся интересы, 23% — затрудняются ответить). Для сравнения, только 43% поляков утверждают, что общие интересы преобладают над различиями (42%) в отношениях с Россией. Тот факт, что респонденты, являющиеся членами оппозиционной партии Право и справедливость (PiS), в основном были не согласны с общностью интересов в отношениях с Россией, тогда как совместный интерес в основном высказывался молодыми людьми (15-19 лет) и жителями больших городов (население свыше 500 000), иллюстрирует важную тенденцию с момента изменения правительства от PiS к Гражданской платформе (PO) в 2007 году.

Даже под давлением текущих российских провокаций в Украине, тем более маловероятно, что долгосрочная тенденция растущей интеграции двух членов ЕС и НАТО станет жертвой различных позиций внешней политики по отношению к России.

В ходе новой «войны с кремлевской пропагандой», которую автор уже упоминал в начале, Запад хочет выиграть, и риторика, напоминающая холодную войну, нарастает. Мы должны помнить, что бряцание оружием и идея нового противостояния идеологического блока может представлять опасность для все более взаимосвязанной и многополярной структуры безопасности. Как с точки зрения Польши, так и Германии, созданная нестабильность не послужит в интересах этих стран.

___________________

Артур Moлт: После жизни и путешествия по Центральной и Восточной Европе, с октября 2013 года я называю Варшаву своим домом. В настоящее время я поступил в Варшавский университет в рамках стипендии польского Министерства высшего образования. Работаю в качестве стажера в Институте общественно-политических дел (ISP) в Варшаве. Мой родной университет — Freie Universität Berlin, где я изучаю политологию.

Основное фото: в центре Европы, от NASA/GSFC, источник: Flickr 

Facebook Comments

Studied Political Science in Berlin and Warsaw. Currently doing his Master in Eastern European Studies at Free University Berlin. Works as a memorial educator in Berlin. Interested in European politics, contemporary history and populism. Sceptically observing democracies called "illiberal" and "souvereign".

Читай все статьи