Сайт использует файлы cookies для правильного отображения элементов. Если вы не выражаете согласия на использование файлов cookie, поменяйте настройки браузера.

Ok
Габриэль Леви

Энергетические аспекты текущего кризиса в Украине

Текущий политический и военный конфликт уже изменил экономические отношения, включая энергетические, между Украиной, Россией и западными странами. Этот доклад — попытка описать эти изменения. Доклад состоит из четырех частей:

southstream

1. Об энергетических отношениях между Россией и Западом.
2. Об энергетических отношениях между Россией и Украиной.
3. Цели разных сторон в настоящем конфликте.
4. Несколько пунктов программы социальных и трудовых движений в связи с энергетикой.

1. Об энергетических отношениях между Россией и Западом

Сначала об истории этого вопроса. С семидесятых годов Советский Союз стал интегрироваться в мировую капиталистическую экономику как поставщик сырья, в частности нефти и газа. Советский Союз продавал Западу все больше нефти и газа — они приносили от 75% до 85,8% экспортных доходов союза. За счет доходов от этой статьи экспорта Советский Союз покупал все больше технологий и товаров с высокой добавленной стоимостью, включая потребительские товары.

В плане торговых отношений с большими капиталистическими странами Советский Союз уже тогда представлял собой что-то наподобие экономической колонии. Когда цены на нефть стремительно возросли в середине семидесятых годов, Союз выиграл. Когда цены резко упали в начале восьмидесятых годов, потеря доходов от этой статьи экспорта усугубила гибельный экономический кризис Советского Союза.

Газ занимал особое место в этой системе торговых отношений. Надо иметь в виду два качества газа: 1. Газ — это не жидкость, поэтому его труднее и дороже транспортировать, чем нефть. Надо хранить газ в закрытых контейнерах, транспортировать по трубопроводам, а если сжижать и транспортировать по морю — придется тратится на перегазификацию. 2. С другой стороны, газ — отличное топливо для производства электроэнергии: его чище и легче сжигать, чем уголь. С семидесятых годов и в советском блоке, и в Западной Европе все чаще для производства электроэнергии используют газ.

Советская номенклатура считала экспорт газа в Западную Европу очень перспективным бизнесом. В последние двадцать лет существования Советского Союза: (1) развивались сети газопроводов, по которым сибирский и центральноазиатский газ транспортировался в густонаселенные центры, (2) развивалась городская и промышленная инфраструктура, которая полагалась на газ как дешевый источник энергии — в восьмидесятых годах газ все больше заменял уголь в советских электростанциях и городских системах электро- и теплоснабжения, и (3) развивались газопроводы, прежде всего через Украину, по которым экспортировали газ в Австрию, Германию, Италию и другие европейские государства.

Политические различия между советской и западной элитами никогда не мешали этой торговле. Советский Союз впервые экспортировал газ в Австрию буквально через несколько дней после разгрома Пражской весны советскими танками. Немецкие и австрийские компании подписали ключевые договора об экспорте несколько месяцев спустя. Германские компании подписали важный договор с советской властью, по которому немецкие трубы меняли на советский газ, в 1981 году — именно тогда, когда лидеры США выступали за санкции против СССР из-за советского вторжения в Афганистан.

Различие между западными антисоветскими заявлениями на словах и торговыми отношениями в действии сохраняется и сегодня в отношении России. Лицемерная риторика западных политиков против Путина совмещается с продолжением торговых отношений, особенно импорта российского газа. А в экономической системе постсоветская Россия занимает место, которое раньше занимал Советский Союз, — то есть является подчиненной экономикой, поставщиком сырья.

Со своей стороны, европейская энергетическая система зависима от сибирского газа — не так сильно, как российская или украинская системы, но, тем не менее, зависима. В последние годы российский газ составляет от четверти до трети газоснабжения Европы в целом. Быстро заменить его было бы очень трудно, особенно в Германии, восточноевропейских и балканских странах.

2. Об энергетических отношениях между Россией и Украиной

Еще немного истории. Первым источником энергии для украинских городов и промышленности в советский период был, конечно, уголь. В шестидесятых годах стали строить атомные и гидроэлектростанции, а использование газа постоянно увеличивалось в семидесятых и восьмидесятых годах — в промышленности (особенно в химической и сталелитейной) и в городской инфраструктуре (например, в теплоснабжении).

История сыграла с Украиной злую шутку. В конце шестидесятых годов Шебелинское месторождение в Украине было самым большим источником газа в Советском Союзе, а в семидесятых добыча газа в этом месторождении сократилась по природным причинам, а Украина все больше зависела от сибирского газа, снабжаемого по большим магистральным трубам, которые пересекали Украину по дороге в Европу.

На момент распада Советского Союза эта зависимость достигла своего пика. Из примерно 100 млрд. кубометров газа, которые украинская экономика использовала в год, только 20 млрд. были добыты в Украине. С 1992 года за газ надо было платить долларами. И это причина всех так называемых «газовых войн» последних двадцати лет, самые серьезные из которых были в 2006 и 2009 годах.

Очень часто украинские политики разных убеждений обвиняют Россию в том, что та использует «газовое оружие» против Украины. Без сомнения, в этих «войнах» всегда была политическая составляющая. В то же время самая большая проблема была в том, что после распада Советского Союза и перехода от внутренних трансфертов к международной торговле в долларах Украине очень трудно было платить за газ — особенно в середине девяностых, а также в середине двухтысячных годов, когда международные цены на нефть и газ стали быстро расти. Нафтогаз Украины накопил колоссальные долги Газпрому.

Важным аспектом этих войн был спор о владении украинской трубопроводной системой. Газпром с самого начала предлагал или выкупить эту систему, или владеть ею совместно с Украинскими компаниями. Несколько раз за постсоветский период киевское правительство очень близко подходило к договору с Россией о трубопроводах, то есть договору, по которому Газпром мог бы владеть и/или управлять трубопроводной компанией. Но каждый раз Киев менял свое мнение в последний момент, потому что система действительно была хоть и грубым, но довольно эффективным оружием Украины в «газовых войнах».

Как использовали это оружие, вам, наверное, известно. В самых серьезных «газовых войнах» в 2006 и 2009 году конфликт развивался в том же русле. Долги Нафтогаза увеличивались. Газпром перестал снабжать Украину газом. Тогда Нафтогаз взял из трубы часть газа, предназначенного для европейских потребителей. В 2009 году все закончилось тем, что российский газ две недели не поставлялся ни в Украину, ни в Европу.

Украинские инженеры и ученые, занимающиеся энергией, говорят, что надо уменьшить зависимость от России в энергетической сфере. Это предполагает продуманную программу инвестиций в промышленность и городскую инфраструктуру, с целью постепенно уменьшить роль газа и увеличить энергоэффективность. Украинские социалисты могут измерить уверенность всех постсоветских правительств в «национальной независимости» по такому критерию: Что они делали для уменьшения газовой зависимости? Ответ ясен: ничего.

Этому есть материальная причина: существование газовой торговли, в условиях постсоветского капитализма, предполагало много возможностей взимать ренту от купли и продажи газа. Сами технические качества газа усиливают эту причину: потребитель — например, завод — зависит от снабжения через трубу, и ему трудно найти альтернативные источники энергии. Если у вас есть особые отношения с Газпромом, плюс доля контроля над трубой и над регуляторными учреждениями, тогда есть возможность хорошо зарабатывать на торговле газом. Так, в общих чертах, была организована схема Юлии Тимошенко и Павла Лазаренко в середине девяностых. Разные версии той же схемы разрабатывали и Фирташ, и другие олигархи последних лет.

Существование таких отношений является одной из причин, почему украинская энергетическая система — одна из самых неэффективных и убыточных в мире. Российская система также неэффективна: если Россия выбрасывает часть своих собственных ресурсов в атмосферу из-за старого оборудования, Украина покупает те же дорогие ресурсы по высоким ценам, чтобы и себе выбрасывать их в атмосферу.

Несмотря на то, что правительства Украины ничего не сделали по этому поводу, интересно заметить, что в последние годы, после экономического кризиса 2008 года, потребление российского газа в Украине существенно упало. Сейчас потребление газа на 25% меньше, чем в докризисный период. Это результат, во-первых, закрытия заводов и компаний в силу кризиса, а во-вторых, — замены газа углем. Есть еще одна небольшая составляющая — увеличение эффективности. На самом деле Украина имеет много возможностей дальше уменьшать потребление газа с помощью простых мер по улучшению качества энергетических систем.

Последний момент об украинской энергосистеме. Как вы знаете, программа реформ, которую обсуждают украинское правительство и МВФ, включает предложение увеличивать тарифы на все коммунальные услуги, включая электричество, теплоснабжение и газ. Действительно, уровень этих тарифов ниже себестоимости добычи и поставки этих ресурсов. Говоря это, я не хочу поддержать аргументы политиков о том, почему люди должны платить больше. Просто хочется заметить, что все постсоветские правительства боялись разобраться с этим вопросом. Они понимали, что население смотрит на эти услуги как на одни из очень немногих благ, которые они получают от государства. В постсоветском пространстве люди представляют эти услуги как права, которые можно защищать. Подобная ситуация существует и в России.

Экономисты в правительстве и в МВФ сейчас предлагают не только увеличить тарифы, а еще и создать чисто рыночные условия во всей энергетической сфере. Это — самая крайняя форма процесса товаризации энергии. Это могло бы стать важным поле для действия социальных движений и движений трудящихся.

3. Цели разных сторон в настоящем конфликте

По моему мнению, причина настоящего конфликта между Россией и Украиной — социальные столкновения на постсоветском пространстве. Причины, по которым начался вооруженный конфликт, это слабость буржуазных политических сил в Украине, а также страх Путина перед неуправляемым социальным взрывом в Украине и соблазн использовать войны как рычаг социального контроля и мобилизации в России.

В Англии я спорил с теми левыми, которые смотрят на русско-украинский конфликт прежде всего через призму так называемой «геополитики» и столкновения интересов Запада и России. Тем не менее, говоря об энергии, надо учитывать позиции западных государств по двум причинам: 1. Покупка нефти большими экономиками — источник доходов №1 для российского бюджета и существенный фактор российской экономики. 2. Хотя российская нефть доставляется потребителям по многим маршрутам, большая часть российского газа транспортируется в Европу по украинским трубам.

Начну со второго момента. Важно отметить, что после «газовых войн» 2006 и 2009 годов Газпром, в сотрудничества с европейскими энергетическими компаниями, начал строить трубопроводы в обход Украины и Беларуси. Самый важный из них — Северный поток, строительство которого активно поддержало немецкое государство (через агентство экспортного кредитования). Менеджеры Газпрома, имея ввиду Северный поток и трубы через Турцию и Беларусь, говорят, что даже если украинские трубопроводы вообще перестали бы работать, все равно можно было бы поставлять около две третьи ожидаемых объемов российского газа на европейский рынок.

Для некоторых европейских государств (прежде всего Германии и Италии) и всех энергетических компаний подрыв газовых поставок — неприемлемая цена конфликта с Россией. Они выступают против санкций, которые касаются газа. И даже американская элита, которая шумит против Путина громче остальных, таких санкций не предлагает. Также никто вообще не говорит о санкциях на нефть — хотя здесь играют роль и практические соображения: по опыту санкций против Ирана известно, как трудно их эффективно организовать. МВФ также играет роль в гарантиях непрерывного потока российского газа в Европу. Все прекрасно понимают, что часть тех займов, которые скоро получит Украина, может быть использована для возврата долгов Газпрому, чтобы не допустить приостановки газовых поставок.

Все это говорит о действительных целях западных государств — не остановить русскую агрессию, а наказать Путина ограниченным образом. Уменьшить западные инвестиции в Россию можно, создать проблемы (даже серьезные проблемы) российским банкирам — можно, а прерывать снабжение российских углевородов на мировой рынок очень не хочется.

Эффективным способом повлиять на намерения европейских государств противостоять России может стать трубопроводный проект Южный поток, который по плану должен транспортировать газ из России через Черное море в Болгарию, и дальше на европейские рынки. Из-за долгих споров между Газпромом и Европейской Комиссией по правилам работы газового рынка, до аннексии Крыма Россия и ЕС еще не договорились о нескольких важных правилах, по которому будет работать этот газопровод. После аннексии ЕС отложил все дискуссии о проекте. Я предполагаю, что через некоторое время политическая цель наказать Путина (или, по крайней мере, создавать видимость наказания) может быть еще раз подчинена экономической цели гарантировать снабжение газа. Тогда регуляторные препятствия новому трубопроводу могут быть убраны.

Следующий вопрос. Чего хочет и ожидает российская элита в энергетической сфере? Я хотел бы сослаться на хорошую статью на сайте «Спільне», где автор очень подробно описывает, что выиграло российское государство в Крыму. В статье упомянута, между прочим, нефтегазовая компания Черноморнефтегаз. Я думаю, что правильно было бы назвать Черноморнефтегаз дополнительным подарком российской элите в следствие оккупации. Но называть аннексию Крыма «схваткой ресурсов» было бы неправильно. Действительно, российской элите хватает ресурсов — трудность же состоит в том, как ими управлять.

Для Газпрома и других энергокомпаний Украина важнее как рынок, чем как источник допольнительных ресурсов. Российским капиталистам и в самом деле желательно здесь работать. Доходы от продажи газа Украине — особенно в последние годы, когда цены сильно выросли — составляют значительную часть газпромовских финансов. Однако мы уже видели, что Путин решил пожертвовать несколькими российскими экономическими интересами ради политических и военных целей, и это, возможно, касается и продаж газа Украине. Я не исключал бы, что поставки российского газа в Украину могут быть приостановлены. Возможно, даже остановлены надолго. Тогда перед украинским правительством встанет вопрос об альтернативных источниках. По сути дела, их два — уголь и газ, поставленный из Европы через так называемые «реверсные поставки». Оба варианта — непростые.

4. Несколько принципов программы социальных и трудовых движений в связи с энергетикой

В заключение я хотел бы чуть-чуть расширить тему и сказать несколько слов о том, как мы, социалисты, можем развивать программу по вопросам энергии. Я не предлагаю вам текущие политические лозунги, а хочу разделить с вами некоторые принципы, которые, по моему мнению, должны быть включены в фундамент любой социалистической программы.

Есть три момента, касающиеся перехода от капитализма, и два момента, касающиеся развития социальных и трудовых движений и их стратегии.

О переходе от капитализма:

1. Этот переход должен быть связан с переходом от использования углеводородов в больших количествах к потреблению возобновляемых источников энергии. Научные заключения о глобальном потеплении на 100% ясны: продолжать сжигать уголь, нефть и газ в современных количествах — это самоубийство для человечества.

2. Переход от капитализма должен предполагать существенные изменения в отношениях между городом и деревней. Урбанизация давно перестала быть чем-то полезным, имеющим смысл в любом экономическом или социальном контексте. Наша программа должна представить будущее общество, где люди будут не так отчуждены от природы, не так зависимы от больших инфраструктурных систем, которыми управляет капитал, как сейчас. Социалистическое движение должно вернуться к этому вопросу, который занимал наших предшественников в ХІХ веке, но был потерян в социализме ХХ века.

3. Переход от капитализма означает трансформацию энергетических систем и других средств производства. Эта трансформация включает движение от больших систем, удобных для централизованных, иерархических форм социальных отношений и собственности, к системам, удобным для децентрализации и разрушения иерархии. В сфере энергетики это означает развитие системы, которую снабжают как многочисленны мелкие источники энергии, так и крупные, эффективные системы (обязательно в коллективном управлении). Небольшие источники энергии предпочтительно должны быть автономными друг от друга и возобновляемыми (понятно, что это возможно с помощью уже существующих технологий). Таким образом, технология и инфраструктурные системы должны подчиняться человеческому обществу, — а не наоборот, как часто бывает сейчас. Это не значит, что социализм означает снижение эффективности энергетических систем. Это значит, что эти системы можно перестроить в интересах общества, а не в интересах элит.

По поводу стратегии:

1. Надо настаивать на принципе, что трансформация технологических систем, средств производства, должна быть осуществлена в интересах общества, в интересах большинства. Нельзя принимать чужие правила игры — например, соглашаться, что улучшение энергетической системы значит, что рабочие должны страдать от безработицы, или обычные граждане должны страдать от недостатка необходимых вещей.

2. Надо начинать диалог между рабочими в сфере энергетики и обществом, так называемыми «потребителями» энергии. На самом деле, в процессе товаризации энергии обе эти группы безоружны, их грабят и заставляют молчать. Надо обсуждать эти вопросы и работать вместе, чтобы преодолеть это разделение.

По моему мнению, чтобы развивать социалистическую программу, надо думать о таких базовых моментах.

Источник:  Cпільне: журнал соціальної критики

Facebook Comments
Читай все статьи