Сайт использует файлы cookies для правильного отображения элементов. Если вы не выражаете согласия на использование файлов cookie, поменяйте настройки браузера.

Ok
Alicja Cembrowska

Миллион или несколько сотен? Сколько украинских беженцев приняла Польша?

Прозвучавшее в январе заявление премьер-министра Польши Беаты Шидло о «миллионе беженцев» из Украины, которых «приняла» её страна, наделало много шума. Однако вскоре выяснилось, что слово «беженец» было лишено своего истинного смысла.

Что означает «быть беженцем»?

СМИ извратили слово «беженец». Они постоянно злоупотребляют им, вызывая уничижительные ассоциации с «чужестранцами», сидящими в лодках и стремящимися причалить к европейским берегам. По определению Женевской конвенции, беженец – это «лицо, которое в силу вполне обоснованных опасений может стать жертвой преследований по признаку расы, вероисповедания, национальности, принадлежности к определённой социальной группе или из-за своих политических взглядов, находится вне страны своей гражданской принадлежности и не может или не желает пользоваться защитой этой страны вследствие таких опасений […]”. О статусе беженца нужно ходатайствовать, подав соответствующее заявление. Только после этого при наличии юридических оснований его можно получить. Просто приплыть на лодке для этого недостаточно.

В 2003-2016 гг. в Польше попросили убежища 124 008 человек, 5 913 из которых – украинцы. В 2016 г. по количеству поданных заявлений Украина заняла третье место, непосредственно за Россией (в основном, чеченцы) и Таджикистаном. На основании предоставленных данных украинских заявителей поделили на три группы: майданная, крымская и восточно-украинская  составляющие. Эти люди ссылаются на угрозу преследования по политическим или религиозным причинам, отсутствие действенной помощи со стороны правительства, войну или опасения быть призванным на военную службу.

Социальный статус, возраст и образование заявителей весьма различны. Однако не каждый из тех, кто пытается избежать угрожающей ему опасности, получит помощь. Крымским татарам, похоже, нет смысла рассчитывать на международную защиту, поскольку «Украина – это достаточно большая страна, и опасаться преследований им приходится лишь на части её территории. Они могут устраивать свою жизнь в Киеве, Львове и других городах, не охваченных конфликтом» —  вот о чём сообщает Справочник для беженцев в Польше „Больше знаний, меньше страха”.

Читай также
Mariupol — miasto obok wojny

С начала 2016 г. заявления о признании статуса беженца подали 627 украинцев. Каким образом оценить, кто покинул свою родину из-за того, что его жизни действительно угрожала опасность? Сколько времени и какие инструменты необходимы, чтобы достаточно тщательно проанализировать каждый отдельный случай?

Из неофициальных источников мне стало известно, что лица, прибывшие с Ближнего Востока, получают статус беженца чаще и проще, чем украинцы. При просмотре сообщений СМИ на тему конфликта в Украине возникает мысль о сознательных манипуляциях политических кругов, которые не желают произнести вслух: «Да, на территории Украины продолжается вооружённый конфликт», поскольку это решающим образом повлияло бы на процедуры, касающиеся украинцев, которые ходатайствуют о предоставлении убежища.

Система не помогает

Так называемый миграционный кризис – явление, которое в последние месяцы вызвало чуть ли не самую большую волну обсуждения. Однако увеличение наплыва иностранцев в Польшу наблюдается ещё с 2008 г. Польские СМИ сосредоточились в основном на запугивании потоком «чужестранцев», наводняющих Европу. Самый существенный вопрос, возникающий в этой ситуации, — принимать ли в Польшу иностранцев, и если да, то на каких основаниях?

Необходимо также подчеркнуть, что Польша воспринимается как транзитное государство, заявители обычно ставят её на 10-13 место в Европе, а рост заинтересованности европейскими странами зависит от изменений и привлекательности социального пакета. Нет такого закона, который обязывал бы Польшу принимать иностранцев, не подавших заявления и не просящих защиты в нашей стране.

В ситуации массового наплыва мигрантов оказалось, что Европа не располагает достаточным количеством инструментов, чтобы справиться со столь разномастной лавиной людей. Как следует из отчёта бывшего сотрудника отдела беженцев в департаменте по делам иностранцев, лагеря беженцев в Польше переполнены в два раза. Нельзя забывать, что это деликатный вопрос, поскольку речь идёт о людях, которые имеют полное право на свободу и достойную жизнь. Каждая ситуация индивидуальна, поэтому и рассматриваться она должна индивидуально.

750+ или бездушные чиновники?

К сожалению, может возникнуть впечатление, что департамент по делам иностранцев не располагает ресурсами и соответствующими инструментами. Процедуры затягиваются, а это стоит денег. Стандартный срок получения решения о статусе беженца – это полгода. Всё это время, лицо, подавшее заявление, официально не является беженцем и поэтому не может устроиться на работу. Легально, конечно. Лицам, которые не желают проживать в лагере для беженцев, а хотят снять квартиру или комнату, в период ожидания решения департамент выплачивает 750 злотых ежемесячно. Им также полагается специализированная медицинская помощь. И даже без очереди.

Следует задуматься о последствиях выдачи подобных сумм лицам, ходатайствующим о признании статуса беженца. Из неофициальных источников я узнала, что получение материальной помощи иногда влияет на затягивание процедур, поскольку заявители ищут различные пути, позволяющие им получать деньги в течение дополнительных месяцев – ссылаются на необходимость получения психологической помощи, плохое состояние здоровья и даже на несоответствующий пол переводчика. В связи с этим дело откладывается на месяц. Потом ещё на месяц. И за каждый месяц заявителю перепадает по 750 злотых.

Przed Urzędem do Spraw Cudzoziemców w Warszawie, zdjęcie: Alicja Cembrowska

Отдел по делам иностранцев: здесь иностранцы могут легализовать своё проживание, получить разрешение на работу или продлить визу. Автор: Алиция Цембровска. Источник: Eastbook.eu.

Но я не хочу строить домыслы и делать обобщения – нет оснований оценивать всех через призму нескольких случаев. Плохо отлаженная система не является виной учреждения, которое просто выполняет закон. Самые серьёзные проблемы – это отсутствие сотрудничества между ведомствами, нечёткое законодательство и недостаточно продуманная система идентификации.  Особенно знаменателен последний элемент. Нас засыпают информацией об изощрённых шпионских уловках, проверках личности и отслеживании. Но на самом деле в этой сфере департамент беспомощен. Ходатайствующие о статусе беженца нередко скрывают свои подлинные персональные данные. Установить их настоящую личность, несмотря на немалые усилия, бывает невозможно. Мошенничество и сокрытие данных столь же популярно, сколь и неожиданное «исчезновение» человека, прибывшего в Польшу с фальшивыми документами. Достаточно ли эффективны связанные с этим законодательные гарантии?

 

Знакомое по кинофильмам использование базы данных отпечатков пальцев для поиска ответа на вопрос «Кто ты такой?» в Польше пока ещё из разряда мечты. Из неофициальных источников мне стало известно, что нет данных о том, сколько неустановленных лиц находится на территории Польши или Европы. Когда выясняется, что прибывший в страну человек воспользовался поддельными документами, а затем исчез и с ним невозможно связаться, папка с «его» личным делом попадает в архив. Департамент же продолжает заниматься проверкой тысяч других дел.

По состоянию на 12.06.2016 г. социальную помощь от начальника департамента по делам иностранцев получает 1 661 гражданин Украины. И лишь 14 человек обрели статус беженца. Показатели на 1 января 2016 г. говорят о том, что украинцы составляют 31% находящихся в Польше иностранцев. По сравнению с 2015 г. возросло количество заявлений на получение постоянного и временного места жительства, причём последнее явно преобладает. Это связано с трудовой миграцией, которая является основной причиной приезда в нашу страну. Поэтому не может быть и речи о «приёме Польшей миллионов украинских беженцев». То, свидетелями чего мы сейчас являемся, — естественные миграционные процессы, связанные с поиском лучшей работы и хорошо знакомые многим полякам.

Что же можно сделать, чтобы система была более доступной и понятной для иностранцев, а работа департамента стала эффективнее? Конкретизировать законы, наладить коммуникацию между учреждениями и ввести более конкретные идентификационные правила и процедуры. И, что самое важное в контексте недавнего заявления премьер-министра Беаты Шидло, добросовестно информировать.

Facebook Comments
Автор фото: Алиция Цембровска. Источник: Eastbook.eu. | Перевод с польского: Людмила Слесарева.

Выпускница факультета журналистики и политических наук Варшавского университета, изучает культурологию в Университете им. кардинала Стефана Вышиньского, интересуется главным образом фотографией и культурой России и Украины, работает в жанре репортажа.

Читай все статьи