Сайт использует файлы cookies для правильного отображения элементов. Если вы не выражаете согласия на использование файлов cookie, поменяйте настройки браузера.

Ok
Самуэл Колесар

100-летие Чехословакии — праздник, который Словакия не отмечает

В этом году отмечается 100-летие установления Первой Чехословацкой Республики. В течение всего года юбилейные мероприятия проводились во всей Чехии. 28 октября торжества достигли своей кульминации – именно в этот день в 1918 г. состоялось провозглашение Чехословакии. Но в то время, когда улицы Праги заполонили оживленные и радостные толпы, а в небе сверкали фейерверки, в Братиславе, по большому счету, было обычное тихое воскресенье.

28 октября 1918 г. в Праге первый чехословацкий президент Томаш Масарик заявил о создании в самом сердце Европы нового национального государства, в котором «чехословацкая» нация должна была доминировать. Во многих отношениях это поистине ознаменовало рождение государства, которое по крайней мере частично принадлежало бы словакам. В отличие от их положения в развалившейся Австро-Венгерской империи, здесь словаки были бы одной из наций, создающих это государство. Тем не менее сто лет спустя, 28 октября в Словакии не отмечается. В этом году было принято довольно странное решение для празднования 100-летия. Так как 28 октября не является национальным праздником в Словакии, проведение торжеств – это дело частных лиц и некоторых организаций. Один раз в несколько лет закон, предполагающий, что 28 октября должен стать национальным праздником, выносят на голосование в парламенте — только чтобы его отклонить. И поскольку Словацкая Национальная Партия, без которой самая сильная партия SMER не смогла бы иметь большинства в парламенте, стала постоянной частью правительства, вряд ли можно ожидать, что такой закон будет принят.

Однако в этом году хоть кто-то почувствовал необходимость отпраздновать. К сожалению, способ удовлетворить эту потребность вызывает искреннее удивление. 30 октября стало исключением из правил — в том смысле, что только в этом году этот день был национальным праздником – отмечали 100-летие так называемой «Мартинской декларации». Этот документ о провозглашении словацкой государственности был принят через два дня после официального провозглашения Чехословацкой Республики. Подписанты не знали, что случилось за два дня до этого в Праге.

Неоспоримым историческим фактом является то, что первая Чехословацкая Республика была также первым государственным образованием, в котором словацкий народ принимал непосредственное участие в формировании государства, хотя и не без проблем. Суть в том, что роль словаков в новом государстве Чехословакия разительно отличалась от той, которую они имели в ныне несуществующей Австро-Венгерской империи Габсбургов. И даже если ситуация, в которой оказался словацкий народ, не была идеальной, она была несравненно лучшей, чем их положение в условиях венгерского владычества.

Почему так сложилось, что 28 октября не является национальным праздником в Словакии. Почему большинство словаков не отождествляет себя с чехословацким наследием? На это есть ряд причин.

После того, как появилась первая Чехословацкая Республика, ее словацкая составляющая пережила беспрецедентное развитие. Впервые ее культура открылась миру. Иностранные книги были переведены на словацкий; людям предоставили возможность обучения на родном языке. Все получили право голоса, хоть Милан Растислав Штефаник, словацкий коллега «отцов» Республики Масарика и Бенеша, и был против этого и хотел подождать около 10 лет. Во времена монархии Габсбургов 90% населения не имели права голоса, но словаки очень быстро освоились с нововведением.

«Первая Чехословацкая Республика превратила нас в демократов» — это утверждение до сих пор считается причиной, по которой словаки не голосовали за коммунистов после Второй Мировой войны, и по которой смогли избавиться от Мечьяра в 90-х гг. Как говорит историк Роман Хольц, «история словаков за последние 100 лет — это история восхождения от самого дна в начале 20-го века до полноправного участия в европейских структурах и экономического процветания».

Проще говоря, первая Чехословацкая Республика превратила людей, которые в то время жили на территории сегодняшней Словакии в словаков. Даже люди, которые в самом начале республики столкнулись с проблемой собственной идентичности, почувствовали себя словаками в конце 20-х гг. Словацкую идентичность создали и укрепили; словаки стали современной нацией. И это называют причиной того, что 20 лет спустя во время мобилизации перед Второй мировой войной словаки и даже словацкие венгры были готовы сражаться за Республику, с которой они себя отождествляли.

Но не все было так легко и радостно. Например, обещание большей автономии, данное словакам, не выполнили. Оно было частью Питтсбургского соглашения, но не стало реальностью в силу ряда причин. И мы не можем это объяснить только лишь нежеланием Праги — хотя следует признать, что вновь созданное государство столкнулось с очень серьёзными проблемами сразу после своего возникновения. Тем не менее этот вопрос не заботил значительную часть чешской политической элиты — например, Антонин Швегла, президент Аграрной партии, которая была одной из самых влиятельных в первой республике, даже не посетил словацкую часть государства.

Причина, по которой вымышленная идея «чехословацкой нации» продержалась дольше, чем следовало бы, была очень прагматичной — в государстве было больше «чехословаков», чем немцев. И если бы 2,5 миллиона словаков получили автономию, то и примерно 3,5 миллиона немцев, которые вдруг оказались в новом государстве, тоже бы на это рассчитывали. А чешские — или в этом случае скорее чехословацкие политические элиты — не хотели этого.

Такое желание возникло почти 20 лет спустя, когда словацкий политик Милан Годжа стал премьер-министром. Его целью было предоставить больше прав меньшинствам. Но было слишком поздно — чехословацким немцам, которые на тот момент уже находились под сильным влиянием Берлина, было дано указание отклонять такого рода предложения.

Даже 40-летний период социализма после Второй Мировой войны не помог в разрешении чешско-словацких разногласий. Хоть многие признавали то государство своим, было принято политическое решение о его разделе. Грустно осознавать, но в наши дни мы пытаемся отстраниться от Чехословацкой Республики, хотя нам стоит отдать ей должное за то, что она дала нашей стране возможность прийти к тому, что мы имеем сейчас. Это напоминает то, как первая Чехословакия пыталась дистанцироваться от Габсбургской монархии. Тем не менее непризнание провозглашения Чехословакии краеугольным камнем нашей государственности – это проблема, которая мешает нам понять нашу историю, примириться с ней и, в конечном счете, принять ее. Только это понимание будет означать, что словаки могут назвать себя по-настоящему состоявшимся европейским народом, сильным элементом европейских и трансатлантических структур. История говорит нам, что наша государственность началась в Праге 28 октября 1918 года. И чем раньше мы примем это, тем лучше.

Facebook Comments

***

Редакция «Eastbook RU» может не разделять точку зрения, изложенную в авторском материале.

Главное фото: Источник: wikipedia.org
Читай все статьи