Сайт использует файлы cookies для правильного отображения элементов. Если вы не выражаете согласия на использование файлов cookie, поменяйте настройки браузера.

Ok
Елена Бабакова

Что ожидает польско-украинские отношения в 2019 году?

Эксперты называют последние годы худшим периодом в истории польско-украинских отношений после 1989. Наступающий год дает надежду на оттепель в контактах между Киевом и Варшавой, но и рисков может принести немало. Кроме традиционной «пороховой бочки» - истории, все большую роль в отношениях между государствами играет миграция.

В Киеве и Варшаве в этом году редко говорили про Польшу как «адвоката Украины в Европе», хотя еще пару лет назад эта фраза была мантрой польско-украинского диалога. Хотя Польша поддерживает антироссийские санкции ЕС, а украинские военные делятся опытом с польскими коллегами, про реальное партнерство говорить тяжело. Претензии к исторической политике соседа затмили полякам и украинцам успехи в экономических и миграционных контактах.

После того, как Верховная Рада Украины в 2015 году признала воинов УПА участниками борьбы за независимость, а польский Сейм в 2016 ответил признанием Волынской трагедии геноцидом польского народа, контакты Киева и Варшавы превратились в череду кризисов и скандалов.

Разрушенные памятники по обе стороны границы, списки невъездных чиновников, украинский мораторий на эксгумацию польских захоронений, польские поправки к закону Об Институте национальной памяти (ИНП), — среди евросоюзных соседей более проблемные отношения у Киева сегодня только с Будапештом.

Президент Украины больше года не посещал Польшу. Анджей Дуда летом пересекал границу, но лишь, чтобы почтить память убитых на Волыни поляков. Встречи глав государств не было. Премьеры тоже не спешат с визитами друг к другу.

Однако последние месяцы дают надежду на улучшение атмосферы двусторонних контактов. Польская прокуратура отказалась расследовать дело против историка Григория Куприяновича, обвиненного по новым нормам закона Об ИНП, министр иностранных дел Польши Яцек Чапутович был тепло принят в Киеве, Варшава остро критикует Россию за агрессию в Керченском проливе. Между двумя странами нет противоречий по вопросу безопасности: Киев и Варшава подобным образом оценивают имперскую политику России и риски, связанные с российской пропагандой и информационной войной. Но смогут ли актуальные вопросы заслонить исторические распри?

Предвыборный марафон

В 2019 году важным детерминантом польской и украинской политики будут выборы. Украинцы в марте-апреле проголосуют за президента, поляки в мае за депутатов Европарламента, осенью в обеих странах пройдут парламентские выборы.

В Польше ситуация выглядит предсказуемо: правящая с 2015 партия «Право и справедливость» по результатам декабрьских соцопросов получает 36-41% голосов избирателей. Ближайший преследователь — коалиция партий «Гражданская платформа» и «Современная», балансирует в районе 25%.

Симпатии электората «Права и справедливости», в первую очередь, обусловлены социальными программами — понижением пенсионного возраста и доплатой семьям с детьми 500 злотых. Стоит отметить, что исторические темы ля избирателей также важны. Эту каденцию политики «Права и справедливости» интенсивно накручивают антинемецкие настроения, обращаясь к украинской тематике в основном тогда, когда за нее берутся правые популисты или националисты. Боясь потерять консервативный электорат «Право и справедливость» время от времени критикует «бандеровцев», но в отличие от польского правого сектора не оспаривает общие интересы с Украиной в сфере безопасности.

Так что антиукраинская риторика может звучать в польской избирательной кампании настолько часто, насколько ультраправым захочется дергать за эти ниточки. Последние, правда, вместо Бандеры облюбовали тему иммиграции в Польшу, уделяя особое внимание мигрантам из Украины.

В Украине результат и президентских, и парламентских выборов непредсказуем. Последний социологический опрос группы «Рейтинг» первое место в президентской гонке отдает Юлии Тимошенко с 20% поддержки, а ее ближайшим преследователем называет шоумена Владимира Зеленского с 11%. Действующий президент Петр Порошенко не набирает даже 10%.

Из всех значимых кандидатов, историческая политика занимает важное место только в программе Порошенко. Хотя получение Украинской православной церковью томоса во многом закрывает гештальты президента в сфере национально-культурного строительства, уступок соседям в вопросах исторической политики его электорат не потерпит. Поэтому до конца марта действующий президент вряд ли пойдет на обострение отношений с Варшавой, но и начинать «разрядку» тоже не в его интересах.

В Польше следят за украинской социологией. Министр Чапутович под конец года даже позволил себе в разговоре с агентством РАР мало дипломатичный намек, что в Варшаве ждут смены власти в Украине, после которой можно будет решить спорные вопросы. Один из таких вопросов — мораторий на эксгумации подтолкнул Варшаву к решению о смене посла в Киеве.

Смена послов

По рекомендации польского МИДа, президент Дуда в начале декабря отозвал с должности посла Польши в Киеве Яна Пекло, известного в Украине эксперта по вопросам международных отношений и гражданского общества. По неофициальной информации, МИД был недоволен Пекло из-за слишком мягкого отношения к украинским властям, особенно в вопросах исторической политики.

Теперь поляки отправляют в Киев «тяжелую артиллерию» — вице-министра иностранных дел Бартоша Цихоцкого, сейчас ответственного в МИДе за украинскую политику. И хотя сам президент Дуда говорит, что такой выбор — это повышение ранга двусторонних отношений, эксперты не имеют сомнений — в Украину едет твердый переговорщик. Или украинская власть уступит Польше в важных для нее вопросах или будут последствия. Цихоцкий последовательно поддерживает суверенитет и территориальную целостность Украины, критикует российскую агрессию и борется за сохранение российских санкций в ЕС, но он не сторонник логики: сначала остановим Россию, затем другие вопросы.

Весной-летом произойдет также смена украинского посла в Варшаве. У Андрея Дещицы заканчивается срок полномочий, и на смену ему собираются отправить или вице-министра Василия Бондаря, или Игоря Жовкву из Администрации президента. Оба отлично знают Польшу, Бондарь лучше понимает чувствительность поляков к историческим вопросам, Жовква — больше влияет на украинскую политику.

Новому послу придется готовить, по крайней мере, один визит на высоком уровне — в следующем году в Польше пройдут масштабные мероприятия, связанные с юбилеем начала Второй мировой войны.

Годовщины как триггер кризисов

Полякам и украинцам в последнее время не везет с годовщинами важных событий: если мероприятия по случаю конструктивных эпизодов совместной истории, таких как Гадяцкая уния 1658, проходят почти незаметно, то годовщина начала Волынской трагедии или карательной операции АК против украинских жителей Холмщины и Подлясья уже несколько лет подряд генерируют скандалы. В этом году люблинский историк Григорий Куприянович, выступая на митинге в Сагрыне рядом с президентом Порошенко, назвал действия солдат АК против местных украинцев преступлением, что кстати в 1990-х было подтверждено следствием самих поляков. Вот только это не помешало люблинскому воеводе подать на Куприяновича в суд за очернение польского народа.

Столетний юбилей польской независимости обозначился сразу тремя неприятными инцидентами: сначала польское МВД предлагало разместить рисунок львовского кладбища Орлят на новых загранпаспортах, затем МИД требовал от украинской стороны снять ящики с польских скульптур львов на этом же кладбище, хотя окончательные договоренности по их установке не были достигнуты, и наконец группа футбольных фанатов из Силезии решила зажечь на территории некрополя файеры.

80-летняя годовщина начала Второй мировой войны в этом плане для польско-украинских отношений выглядит более безопасно. Обе страны осуждают советский и немецкий тоталитаризм и достаточно охотно проводят параллели между агрессивной политикой Москвы в 1939 и сейчас. Другое дело, что современный Киев и Варшава предпочитают показывать именно себя самой большой жертвой того конфликта. Параллельно в Украине находится все больше желающих поговорить о «польской оккупации», а в Польше не слабеет миф о массовом коллаборационизме украинцев с Третьим рейхом. Несомненно, Кремль захочет сыграть на польско-украинских противоречиях.

Украинцам и полякам нужно продержаться до 2020: тогда в Польше будут праздновать столетие Варшавской битвы, в которой войска под предводительством Юзефа Пилсудского разгромили большевиков на Висле. Союзником после подписания договора с Симоном Петлюрой выступила армия УНР. Этот сюжет является одним из самых ярких примеров польско-украинского сотрудничества в ХХ веке. Украинской дипломатии стоит постараться, чтобы память о нем присутствовала в публичном пространстве уже в следующем году.

Борьба за рабочие руки

Украинская миграция в Польшу начала интенсивно расти в 2015 году. Если в 2010 только 13 тысяч украинцев имели виды на жительство в Польше, то теперь их количество выросло до 180 тысяч. К этой цифре стоит добавить более миллиона сезонных украинских работников, что делает украинскую диаспору в Польше одной из самых больших в Европе.

Киевских политиков интенсификация потока трудовых мигрантов сначала радовала: в кризисные 2014-2015 она помогла решить проблему высокой безработицы, а переводимая в страну валюта заменила скудные иностранные инвестиции. Но начиная с 2016 украинская экономика набирает обороты, и подобно как Польша после вступления в Евросоюз ощущает кадровый голод.

Хотя иностранцы составляют лишь 2-3% участников польского рынка труда, растущая со скоростью 5% экономика при 7-8% безработицы не обойдется без этих рабочих рук. Более того, предприниматели готовы приглашать уже не только украинцев, но и мигрантов из Индии, Пакистана и Средней Азии. При этом бизнес настаивает, что стане нужна не просто временная рабочая сила, но люди которые переедут в Польшу на ПМЖ и перевезут свои семьи.

Украинские чиновники, в том числе премьер-министр Владимир Гройсман и министр социальной политики Андрей Рева, уже прямо призывают «заробитчан» возвращаться домой. Поскольку одни призывы действуют плохо, Киев готов взяться за налогообложение мигрантов (все украинцы, кроме тех, которые официально оформили выезд на ПМЖ, остаются налоговыми резидентами Украины — ред.), и уже начал интересоваться счетами украинцев в польских банках. Такой подход может подтолкнуть украинских работников к теневому трудоустройству, что, в свою очередь, невыгодно Польше.

Не без напряжения украинские дипломаты off the record комментируют польский закон О гражданстве, который с 2012 года позволяет апликанту не сдавать украинский паспорт. И хоть Польша в этой сфере действует куда деликатнее Венгрии, напряжение возрастает.

Деньги решают все?

После того, как отношения между Варшавой и Киевом начали портиться, популярным в экспертных кругах стал говорить о необходимости уделять больше внимания сотрудничеству в сфере экономики. Поляков уже традиционно интересуют инвестиции в аграрный сектор и IT, но тут им сложно тягаться с немцами и японцами. Приватизация украинской газотранспортной системы, в которой теоретически могли бы поучаствовать польские энергогиганты, затягивается.

На полках польских магазинов стало больше украинских товаров, но Варшава не стремится особо широко открывать двери украинскому производителю — ведь украинский фермер прямой конкурент фермеру польскому.

Полноценному товарообороту существенно мешает проблема границы. Для автотранспорта открыты только 8 КПП, а если добавить к малому числу пунктов частые забастовки польских таможенников и пограничников, то очереди по 10-12 часов на границе уже стали почти нормой. Оставляет желать лучшего инфраструктура по украинской стороне границы — выделенный 4 года тому правительством Польши кредит на ее реконструкцию только начинает использоваться.

Все это подтверждает: торговые операции, межличностные контакты, общие исторические исследования важны, но они не могут заменить концептуализации двусторонних отношений. Если Польша Украине не адвокат, то тогда кто? Если Украина для Польши это не только источник рабочей силы и исторических споров, то чего Варшава ждет от Киева? Многие политики называют польско-украинские отношения стратегическими, но не могут сказать, какая стратегия лежит в основе партнерства.

И полякам, и украинцам необходимо честно ответить на вопрос: что для них означают эти контакты, каковы их цели, приоритеты и на какие компромиссы согласны обе стороны ради их достижения. Иначе последующие годы, как и предыдущие, будут только углублять взаимное недоверие и фрустрацию.

Данная публикация была создана при финансовой поддержке Международного Вишеградского Фонда — www.visegradfund.org

Facebook Comments

***

Редакция «Eastbook RU» может не разделять точку зрения, изложенную в авторском материале.

Главное фото: Источник: pixabay.com
Читай все статьи